Летом 2024-го Лицею БГУ присвоили имя Феликса Дзержинского — одного из основателей Всероссийской чрезвычайной комиссии, от которой ведет свою историю КГБ, и организатора большевистского Красного террора. К 2026-му Комитет госбезопасности плотно взял под крыло учебное заведение. 1 сентября среди гостей проводившейся там линейки был Сергей Гладышев — зампредседателя ведомства, а в конце месяца ученики и сотрудники посетили могилу Дмитрия Федосюка — бойца спецподразделения КГБ «Альфа», погибшего при задержании айтишника Андрея Зельцера в сентябре 2021 года. Почему Комитет занялся Лицеем БГУ, в шоу «Как это понимать» обсудили журналист Глеб Семенов и политический обозреватель Артем Шрайбман.
По мнению Артема Шрайбмана, такой интерес к Лицею БГУ со стороны КГБ — это «демонстративная порка когда-то самого прогрессивного учебного заведения». По этой же логике, говорит эксперт, власти устраивали «акции перевоспитания» жителям Новой Боровой, где на выборах в 2020-м, даже по официальным данным, победила Светлана Тихановская. Напомним, в ноябре того же года микрорайон на несколько дней остался без горячей и холодной воды.
— Они решили сделать из Лицея БГУ пример: возьмем самое либеральное учреждение образования, ставшее кузницей многих кадров, которые позже оказались в том числе лидерами гражданского общества, — и сделаем из него по сути учебное заведение под патронажем КГБ. Все самое святое для вас мы у вас заберем — по сути, испохабим. Здесь то же самое происходит, — рассуждает эксперт. — Это демонстративное унижение. Думаю, если бы у нас был вуз, известный своим свободомыслием, то с ним сделали бы то же самое. Просто, наверное, у нас нет университета, о котором бы говорили, что это кузница оппозиции. На примере Лицея БГУ людям хотят показать: у нелояльности, даже такой давней, как в 2020 году, есть своя цена.
Глеб Семенов поинтересовался: может, усиливая связь с Лицеем БГУ, КГБ готовит себе новых спецслужбистов?
— Не представляю такого лицеиста БГУ, которого поход на могилу Нирваны (Дмитрия Федосюка. — Прим. ред.) смотивирует идти в КГБ или стать более лояльным этому режиму, — делится мнением Артем Шрайбман. — Другое дело, что это, наверное, своеобразный фильтр. Раньше родители, решая, куда отправить талантливого ребенка, присматривались к Лицею БГУ, так как он был одной из топ-опций в Беларуси. Сейчас ты, наверное, дважды подумаешь: вести ли его туда, если не хочешь, чтобы сыну или дочери промывали мозги пропагандой. Возможно, это сработает как своеобразный фильтр. И только родители со склонностью к государственному «патриотизму» поведут туда своих детей. Тогда можно создать здесь некое более элитное прогосударственное учреждение. Но не думаю, что это займет один-два года. Это должен быть длительный процесс.
— Значит ли такая заинтересованность КГБ в Лицее БГУ, что в учебном заведении по-прежнему видят какую-то угрозу? — уточнил Семенов.
— Потенциально, думаю, да. Во всех учреждениях образования автократы видят угрозу. Потому что с образованием обычно приходит какой-то уровень свободомыслия и запросов, отличающихся от «чарки и шкварки». Запрос на творческую, а затем и политическую свободу, — говорит эксперт. — Поэтому где-то на подкорке, полагаю, ко всем учреждениям образования, Академии наук и прочим интеллектуальным местам (например, театру, другим учреждениям культуры) власти относятся как к рассаднику нелояльности.
По наблюдениям аналитика, после 2020-го практически все выступления Александра Лукашенко в учреждениях образования или культуры — это жесткие идеологические речи.
— Прямо сейчас рациональных поводов для бунтарства именно от Лицея БГУ я не вижу, — отмечает Артем Шрайбман. — У нас нет признаков того, что за последние годы учреждение и его учащиеся проявляли себя как-то иначе, чем представители других заведений.
Поблагодарить за статью