Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Лукашенко сменил одного министра, директоров заводов и главу крупнейшего госмедиахолдинга
  2. Для населения хотят ввести новые штрафы
  3. Родители спросили у Минобразования, зачем детям летом полоть сорняки и подметать в колхозе. В ведомстве ответили
  4. В СК придумали новые подходы для преследования инакомыслящих беларусов — акцент делается на двух соцсетях
  5. Пенсионеры и инвалиды могут покупать продукты со скидкой в 10% — МАРТ и торговые сети продлили соглашение
  6. «Пашешь, пашешь, и все мало и мало». Беларусы, работающие врачами в Польше и Нидерландах, рассказали, как трудятся и сколько получают
  7. Долгожитель среди классиков, одной фразой описал менталитет беларусов, не принимал советскую систему. Чем крут Янка Брыль — пять пунктов
  8. Вводят пенсионные новшества
  9. «Лукашенко хочет стать Токаевым». Что будет с остановившимися переговорами Лукашенко и США по поводу политзаключенных? Мнение
  10. В Полоцке проверили рассказ матери об избиении сына на тренировке по дзюдо. Каковы результаты
  11. Для водителей анонсировали новшество и пригрозили им «административкой»
  12. «Спасибо за помощь ВСУ». Украинцы массово шутят над Максом Коржом в соцсетях


/

62-летнюю гражданку Украины Наталью Баташеву почти год удерживают в столичном ИВС на Окрестина без предъявления уголовных обвинений. По словам ее бывшей сокамерницы, у украинки серьезные проблемы со здоровьем, а в неволе на нее оказывают психологическое давление, сообщает правозащитный центр «Вясна».

Гражданка Украины Наталья Баташева. Фото: "Вясна" / соцсети Натальи Баташевой
Гражданка Украины Наталья Баташева. Фото: «Вясна» / соцсети Натальи Баташевой

Наталья Баташева родом из украинского города Миргорода. До задержания работала бухгалтером в школе. Летом 2025 года женщина вместе с мужем приехала в Беларусь по делам. По словам бывшей сокамерницы женщины, супруг Баташевой — беларус, бывший военнослужащий, который много лет жил в Украине и там проходил службу.

Их задержали 23 июня 2025 года в Витебске прямо на улице и сразу увезли в Минск. Наталью поместили в ИВС на Окрестина, а местонахождение ее мужа (его, предположительно, зовут Виктор) до сих пор неизвестно.

Женщине не объясняют причину ее нахождения за решеткой, не предъявляют обвинения, запрещают встречу с адвокатом и даже не позволяют связаться с родными. Как отмечает бывшая сокамерница, на Наталью оказывают психологическое давление, поэтому женщина находится в тяжелом психологическом состоянии. Также известно, что Наталью помещали в карцер.

За время заключения здоровье Натальи серьезно ухудшилось, но необходимую и качественную медицинскую помощь ей не оказывают — лишь периодически выдают имеющиеся в наличии таблетки. В мае этого года она перенесла как минимум три тяжелых приступа тахикардии, а по утрам у Натальи случались приступы серьезного сердечного кашля. Кроме того, за время заключения у украинки случалось сильное воспаление подчелюстных лимфатических узлов.

Помимо этого, силовики забрали у женщины 1200 долларов в счет оплаты содержания в ИВС. При этом ей пообещали, что ее депортируют в Украину.

— Наталья пыталась передать весточку, чтобы позвонили близким в Миргород и сообщили, где ее держат, так как ее считали пропавшей. Но после этого к ней пришли кагэбэшники, расспрашивали, кому и зачем она передавала весточку, и пугали ее, — вспоминает женщина, сидевшая с украинкой.

Из-за того что у Натальи нет родственников в Беларуси, передачи ей никто не приносит — за весь год она получила их примерно только два раза. Поэтому средства гигиены и сменная одежда у нее появляются только благодаря помощи сокамерниц.

Камера, в которой находится женщина, размером примерно шесть на четыре метра и рассчитана на пять человек. Но иногда там находились и 12 женщин, поэтому спать приходилось на полу. Вместе с Натальей удерживали и других иностранок, в том числе иранскую студентку Хатери Хададади, которую позже депортировали в Армению. По словам бывшей сокамерницы, в душ дважды в неделю водили только иностранок.

Правозащитники отмечают, что длительное содержание человека в ИВС без предъявления обвинения и без доступа к адвокату противоречит как беларусскому законодательству, так и международным стандартам обращения с задержанными.